Глава 49

 Алана охнула, не в силах поверить тому, что случилось. Кристоф отобрал у нее фигурки и спрятал их в седельную сумку.

 — Я верну их, когда мы окажемся во дворце.

 Она едва его слышала. Потому что когда он нагнулся к седельной сумке, она увидела человека, выбежавшего из-за дерева и метнувшегося к задку саней. Все было сделано так ловко, что сани даже не покачнулись. И Кристоф ничего не заметил, пока не откинулся на спинку сиденья и не почувствовал холода стали у горла.

 — Не убивай его! — вскрикнула Алана.

 — Тише, принцесса, я и не собирался, — заверил Леонард.

 — В таком случае... — начал Кристоф и одним движением руки дернул Поппи на себя. Тот мигом очутился в санях.

 — Мне стоит немного потолстеть, — бросил Леонард, преисполненный отвращения к самому себе. Подумать только, кто-то силой его одолел!

 Он сказал это очень тихо, но Алана расслышала. Как и Кристоф, недаром он слегка улыбнулся. Тем не менее он нагнулся и, подняв винтовку, положил себе на колени. Но даже не попытался отобрать кинжал у Поппи, наоборот, терпеливо выждал, пока тот устроится на полу. Алана немедленно опустилась на колени, чтобы обнять опекуна.

 — Я так по тебе скучала! Все пошло не так, как мы задумывали, но теперь все хорошо.

 — Ты под защитой отца?

 — Да, мы только вчера встретились...

 — И больше не встретишься, если немедленно не отодвинешься от этого кинжала, — перебил Кристоф бешеным шепотом.

 — Он пальцем меня не тронет, — фыркнула Алана.

 — Не намеренно. Я не допущу несчастных случаев! Сядь на место! Сейчас же!

 Леонард отбросил кинжал, очевидно, соглашаясь с Кристофом. Алана тут же подхватила его, чтобы спрятать подальше от Кристофа, а затем поспешно села на край сиденья. Она знала, что Поппи прячет еще не менее полудюжины кинжалов, но пока они не видны, Кристоф может расслабиться, и мужчины даже могли согласиться работать вместе, а не строить планы друг против друга.

 Прежде чем протянуть руку Леонарду, она сунула кинжал в сапожок. Не хватало еще, чтобы мужчины поссорились, но Кристоф не давал ей даже обняться с человеком, вырастившим ее!

 — Почему ты украл Хельгу Энгель, находившуюся под моим покровительством? — по-прежнему рассерженно спросил Кристоф.

 — Признай, что она вовсе не находилась под твоим покровительством! Ты просто хотел ее допросить, это было вполне очевидно.

 Кристоф даже не пытался это отрицать.

 — Ей нужно за многое ответить. Но как ты нашел ее вчера на дороге?

 — Я искал ее. И не знал, где найти, пока ты не повез к ней Алану и постарался, чтобы я об этом узнал. Я собирался поговорить с ней в замке, узнать, в чем дело.

 — Тебе придется передать ее мне. Нам с королем необходимо с ней поговорить. Она лгала нам. Нужно узнать, что и почему она сделала.

 Леонард покачал головой:

 — Я не отдам ее тебе. Она все рассказала, и я могу объяснить. Теперь она под моей защитой. Я никому не позволю ее обидеть.

 Кристоф немного помолчал. Ему только что отказали!

 Алана затаила дыхание. Что он теперь сделает?!

 — В таком случае расскажи, — обронил наконец.

 Леонард стал рассказывать, и глаза Аланы раскрывались все шире. Роман между ним и Хельгой? И хотя эта связь не должна была ничего для него значить, поскольку Леонард использовал Хельгу как орудие для достижения цели, оказалось, что это не так. И это чувство и любовь к младенцу сделали из него совершенно другого человека, с мягким, великодушным сердцем.

 Теперь стало ясно, что Хельга сочинила историю о подмене детей в ту ночь, когда очнулась и обнаружила исчезновение принцессы. Слишком сильно испугалась за себя и дочь. Мало того, убедила вторую няньку поддержать ее, припугнув, что ее тоже обвинят. Хельге в голову не приходило, что король разлучит ее с дочерью.

 Алана стиснула руку Поппи, давая знать, что не осуждает женщину. Пусть ее саму разлучили с отцом. Но рядом был Поппи. Она сама могла стать совсем другой, если бы выросла избалованной принцессой. Трудно сказать, так ли это...

 — Я не таю на нее зла, — объявила она, когда Леонард закончил рассказ. — Можешь ей это передать.

 Поппи улыбнулся ей. Но Кристоф оставался совершенно серьезным.

 — Эта женщина обманула короля Лубинии. Из-за нее он считал чужое дитя своим. Позволила ему скорбеть об этом умершем ребенке. Все эти годы он страдал о своей потере, хотя дитя было чужим.

 — Как ты сказал, он скорбел о потере любимой дочери, потому что любил девочку. А сейчас любит свою дочь. Не Хельга, а я удерживал Алану все это время. И сделал это потому, что ни король, ни твой предшественник так и не нашли тех, кто угрожал ее жизни.

 — Тогда я не служил королю.

 — Ты пробыл на своем посту достаточно долго, чтобы попытаться расследовать дело, — парировал Леонард.

 — Он пытался! — выступила Алана на защиту Кристофа. — Беда в том, что подозреваемые принадлежат к огромной семье и к тому же родственники короля. И сколько бы шпионов ни засылали в их Цитадель, обнаружить того, кто стоит за этим заговором, не удалось: очень уж хорошо охраняли тайну. Очевидно, глава семейства ни в чем не замешан.

 — Тогда все равно ничего нельзя было сделать, — добавил Кристоф. — Слишком недавно закончилась война, чтобы арестовать кого-то из Брасланов. Это привело бы к новой войне.

 — Я думал об этом, — согласился Леонард. — И так любил Алану, что был готов ждать. Только понятия не имел, что официально считалось, будто похитили дочь Хельги, спрятали и посчитали, что принцесса в полной безопасности. Узнай я обо всем раньше, привез бы Алану... или нет. Разве теперь можно сказать наверняка? — Он пожал плечами.

 — Насчет Хельги, — упорствовал Кристоф. — Ты не должен ее прятать. Я настаиваю...

 — Не стоит, — резко оборвал Леонард. — Повторяю, капитан, ты ее не получишь. Мне все равно, что она сделала и какие обвинения ты хочешь ей предъявить. Она и без того обездолена, потеряла единственное дитя из-за происков врагов короля. Она уже заплатила высокую цену. Пока я дышу, никому не позволю причинить зло тем, кто мне небезразличен.

 Мужчины так долго смотрели друг на друга, что Алана разнервничалась и прервала молчание.

 — Поппи, ты кое-что должен знать. Отец выбрал мне мужа.

 — Так скоро? — нахмурился Леонард.

 — Да. И свадьба тоже скоро.

 — Кто?

 — Карстен Браслан, — поморщилась она.

 — Нет! — яростно вырвалось у Леонарда. — Отдать тебя тем людям, которые...

 — Фредерик уже раздумывал, не стоит ли назвать Карстена своим преемником, когда появилась Алана, — вмешался Кристоф. — Ему не слишком нравится идея, но следует действовать на благо страны.

 — А пока, — добавила Алана, — Кристоф назначен моим защитником. Он единственный, кому отец доверяет мою безопасность.

 Леонард снова оглядел Кристофа, прежде чем кивнуть.

 — Да, я по глазам вижу. Он будет защищать тебя до последней капли крови. Куда более надежная рекомендация для замужества, если спросишь меня, чем глупая попытка закончить распри, о которых многие Брасланы даже не помнят.

 Алана потрясенно уставилась на Поппи. Он предпочитает, чтобы она вышла замуж за Кристофа?!

 — Это ты избил Карстена? — спросил Кристоф.

 — А если и я, то что?

 — Лично я убил бы его!

 — Я подумывал об этом, — рассмеялся Поппи. — Сослужить этой стране услугу, сделав так, чтобы он никогда не возложил корону на свою голову. И тогда планы врагов рассыплются в прах. Больше они не смогли бы рассчитывать на милого мальчика — наследника трона. Но к сожалению, выбор зависит не от меня. Итак, Кристоф, с тех пор как я вернулся, узнал о дворцовых делах больше, чем все вы за восемнадцать лет.

 — Это зависит от того, что ты узнал.

 Вместо ответа Леонард обратился к Алане:

 — Генри все тебе передал?

 — Да, но я ничего не поняла. Он велел беречься королевы.

 — Совершенно верно. Поскольку оба орудовавших во дворце шпиона сошли со сцены, их главарю пришлось нанять нового человека, и я подслушал, как он наставляет негодяя. Он говорил о королеве и ее связях с каким-то крупным заговором в прошлом. А также отдал браслет с наказом передать ей. Конечно, в то время Никола была слишком молода и не настолько жестока, чтобы приказать убить ребенка. Но ее отец не поколебался бы.

 — Это одни догадки! — рассердился Кристоф.

 — За догадками часто следуют факты. А это логический вывод, основанный на прошлом опыте.

 — Нет, — упорствовал Кристоф, — Никола любит своего мужа, в этом нет сомнений.

 — Разумеется, любит. Но может, стоит спросить короля, когда ему предложили ее в жены? Бьюсь об заклад, королева Эвелина не успела лечь в могилу, как отец Николы поспешил к королю. Он хотел, чтобы на троне утвердилась его дочь. Не дочь Эвелины. Не он первый, не он последний, особенно когда от первого брака есть дети.

 — О ком мы говорим?

 — Его имени я пока не знаю. Но обязательно его выслежу.

 — Кстати, об именах: ты ведь Леонард Кастнер?

 Алана едва заметно качнула головой, давая понять, что она ничего не говорила. Леонард вскинул брови.

 — Сейчас это так важно? У нас одна цель, капитан: уберечь нашу принцессу. Я иду еще по одному следу...

 — Не ожидал, что ты присоединишься к нам так скоро, — заметил Кристоф.

 — Присоединился к нам? Я поразился, поняв, что ты вновь едешь по этой дороге.

 — Ты не следил за нами?

 — Нет, я спускался с горы и следил за другим человеком, главарем убийц. Это он прикончил человека, который нанял меня столько лет назад.

 — Альдо?

 — Так вор говорил с тобой? Человек, убивший Альдо, намекнул, что тот, перед кем он отчитывается, всего лишь лакей. Они принимали чрезвычайные меры, чтобы скрыть имя своего хозяина или хозяйки. Но я преследую этого человека уже два дня, и, похоже, он служит сразу нескольким господам.

 — Куда он ездил? Здесь почти ничего нет, кроме поместий аристократов на восточной дороге. Даже моя семья там живет.

 — Похоже, мы говорим об одной и той же местности. В поместье, которое он посетил, слишком много народа. И спрятаться почти негде. Но я сумел подобраться к окнам. Это оказалась спальня его любовницы. Похоже, он собирался провести целый день с ней в постели, поэтому я остался, чтобы посмотреть, какую дорогу он выберет для возвращения в город.

 — Что ты намереваешься добиться от него?

 — Я надеялся узнать, перед кем он отчитывается в Цитадели. Думал, что это Карстен, потому что они вышли одновременно, но Карстен ничего не знает. Женщина, к которой приехал главарь, очевидно, знает его хорошо, и ее нужно допросить. Но я не люблю допрашивать женщин и подумывал предоставить это тебе. Вот и перехватил ваши сани. Самый безопасный способ поговорить с тобой.

 — Считаешь, самый безопасный способ — приставить мне нож к горлу? — съязвил Кристоф.

 Леонард весело хмыкнул:

 — Исключительно для того, чтобы привлечь твое внимание.